?

Log in

No account? Create an account

РАЗДУМЬЯ И НАБЛЮДЕНИЯ

В попытках объять необъятное...

Благодарность комментаторам
bigstonedragon
Я извиняюсь перед комментаторами предыдущих частей «Революции Безумного Макса» за задержку с опубликованием ответов на комментарии, но уж очень хочется на сей раз всё-таки довести дело до «победного конца», чтобы на сей раз цикл не остался незавершенным, как это не раз уже бывало в прошлом. Осталось немного. 4 фрагмента сегодня, 2 или три завтра – и всё!
Хочу поблагодарить всех комментаторов - _radhruin, is2006, kubkaramazoff, noev, pirx, radist_morse, votez. Там, где можно было обойтись в ответе одной фразой, я это сделал. Но большинство комментариев требуют обстоятельного ответа, и я этим займусь сразу по завершении публикации цикла.

promo bigstonedragon january 5, 2014 03:46 36
Buy for 20 tokens
Ещё в сентябре yasnaya_luna «осалила» меня таким флэшмобом: рассказать 11 фактов о себе, ответить на 11 вопросов и задать другие 11 вопросов такому же количеству друзей. Труднее всего мне лично оказалось написать 11 фактов о себе. К тому же результат получился каким-то уж чересчур…

Четыре претензии к марксизму. Претензия третья, биологическая. Общественный аспект.
bigstonedragon
----------------- 11 -------------------
Четыре претензии к марксизму.
Претензия третья, биологическая. Общественный аспект.


Марксизм исходит из того, что человек – «общественное животное», но при этом упор делается именно на первую часть этого определения – «общественное». Более того, на мой взгляд, в рамках марксизма происходит абсолютизация экономического и социального в ущерб биологическому. В центре внимания оказываются «общественные отношения», но при этом почему-то забывается, что вступают между собой в эти отношения всё-таки не бездушные механические роботы, а животные. Марксизм признаёт, что на свете есть принцессы, но забывает, что принцессы тоже какают.
В этом плане марксизм не отличается от экономической науки, разрабатывавшейся «капиталистами», - теми, чьими оппонентами марксизм себя формально объявлял. Но ведь на самом деле оно и не удивительно: и марксизм, и «экономикс» выросли из Адама Смита – вспомним ещё раз «три источника и три составные части»!
Стройная марксистская модель человеческого общества, разделенного на классы по чисто экономическим признакам, в зависимости от места в структуре общественного производства, словно рождена завороженностью зрелищем слаженной работы пчелиного улья или лесного муравейника.
Но человек – это не насекомое. Поведение человека, какое бы место он ни занимал в структуре общественной иерархии, гораздо лучше моделируется поведением волков или макак, но не пчёл или муравьёв.
«История всех до сих пор существовавших обществ была историей борьбы классов» - этот тезис, будучи сформулирован именно таким образом, вызывает у меня не меньше нареканий, чем пресловутое «каждому по потребностям».
Что, до тех пор, пока не возникли классы, обезьяньи стада не занимались дележом территорий? Не отбирали друг у друга добычу? Что, в обезьяньем первобытном стаде не случалось «революций», когда молодой агрессивный альфа-самец свергал старого вожака?
Может, правильнее будет считать, что в классовом обществе внутривидовая борьба homo sapiens’ов друг с другом принимает форму классовой борьбы? И попытаться понять, почему так происходит?
Ведь невозможно отрицать, что в ходе различных «восстаний» и «революций» (да и в «мирное» время, при проведении различных «всеобщих выборов») значительная, если не бóльшая часть «угнетенных» всегда выступает на стороне «угнетателей». Так же, впрочем, как и существенная часть «угнетателей» встаёт под знамёна «угнетенных».
Я уж не говорю про, скажем, межгосударственные войны, когда и «угнетатели», и «угнетенные» разных наций с ожесточением лупят друг друга, не взирая на сходство своего социального статуса и игнорируя призывы к тому, чтобы «пролетарии всех стран объединялись».
Так почему ж тогда «История всех до сих пор существовавших обществ была историей борьбы классов»?
(продолжение следует)

Классовая борьба или битва альфа-самцов?
bigstonedragon
----------------- 12 -------------------
Классовая борьба или битва альфа-самцов?


Прежде всего, хочу уточнить, что я вовсе не считаю классовую теорию ошибочной. Классы существуют, и один из классов всегда можно считать «правящим». Ну, точнее, «господствующим». Но только вот дело обстоит тут, на мой взгляд, далеко не столь прямолинейно, как тому нас учили на уроках марксистского обществоведения в школе и университете.
«Коренной вопрос всякой революции есть вопрос о власти». В этом Ленин, безусловно, прав. О власти - не о «свержении господства эксплуататоров», не о «восстановлении справедливости», а о захвате власти.
Восстания вспыхивают тогда, когда иного, мирного способа решить вопрос о власти нет. Вряд ли раб мог рассчитывать мирным путём придти к власти в рабовладельческом государстве.
Но кто рвётся к власти и захватывает её в результате «революций»? Неужели «угнетённые»?
Мне лично гораздо более убедительным и правдоподобным представляется «биологическое» объяснение: к власти рвутся и захватывают её всегда «альфа-самцы», «доминантные особи», нарождающиеся периодически во всех классах, во всех социальных слоях. Просто альфа-самцам, принадлежащим к «господствующему классу», пробиться к власти обычно гораздо проще: как правило, у них есть возможность осуществить чаемое без устроения кровопролитных восстаний – либо просто «мирным путём», либо, в крайнем случае, в результате тихого и спокойного «дворцового переворота».
Короче говоря, по моему убеждению, революции провоцируются отсутствием «социальных лифтов» и мирных механизмов сменяемости элит: ну, к примеру, можно меряться мощью своих мечей, а можно – своим сладкоголосием (как это делают политики перед выборами). Второй вариант, очевидно, менее кровав – хотя, конечно, всегда есть шанс, что проигравший «певец» решит продемонстрировать более сладкоголосым соперникам свою крутизну-доминантность более традиционным для животного мира способом, и те не услышат в свой адрес что-то вроде «караул устал».
При таком взгляде на события получается, что смена общественно-экономических формаций происходит не в результате революций, а в результате «естественного отбора»: из всех возможных режимов, в результате многочисленных «проб и ошибок», выживает тот политический режим, который в наибольшей мере соответствует сложившимся социально-экономическим условиям, т.е. обеспечивает себе наиболее мощную социальную базу внутри страны и наиболее конкурентоспособную позицию государства на международной арене.
Любой «правящий класс» становится «правящим» не потому, что он захватывает власть, а потому, что на данном этапе социально-экономического развития лишь опора на этот класс может позволить альфа-самцам, захватившим власть, наиболее успешно её удерживать.
В свою очередь, доминантные особи, захватившие власть, вряд ли когда-либо захватывали власть, полагая, что действуют не в своих личных интересах, а в интересах какого-либо класса. Просто их действия, направленные лишь на удержание и упрочение своей собственной власти, достигают успеха лишь тогда, когда они объективно направлены на обеспечение интересов того класса, которому на данном этапе социально-экономического развития суждено стать «господствующим».
И я, честно говоря, не вижу, причем здесь «классовая борьба».
(продолжение следует)

Четыре претензии к марксизму. Претензия третья, биологическая. Личностный аспект.
bigstonedragon
----------------- 13 -------------------
Четыре претензии к марксизму.
Претензия третья, биологическая. Личностный аспект.


««Всё моё!» - сказало злато. --
«Всё моё!» - сказал булат.
«Всё куплю!» - сказало злато. --
«Всё возьму!» - сказал булат.
»
((с)А.С.Пушкин)

Ошибочный, с моей точки зрения, вывод о ключевой роли классовой борьбы в процессе обеспечения смены общественно-экономических формаций является, на мой взгляд, следствием того общего недостатка, который роднит марксизм вообще (и марксистскую политэкономию в частности) с западным «экономиксом» - а именно, следствие абсолютизации экономических мотивов деятельности человека. А иначе и быть не может, если марксизм, как я уже писал, пытается делать вид, что принцессы не какают, и в словах «общественное животное» видит лишь «общественное», но не «животное».
Между тем экономическая целесообразность далеко не всегда определяет действия человека даже в общественной сфере. Те из нас, кому, как до недавнего времени мне, довелось в течение некоторого времени получать достаточно высокую зарплату, знают, что по достижении некоторого предела дальнейшее повышение зарплаты, каким бы высоким оно ни оказалось, уже не создаёт дополнительных стимулов к тому, чтобы работать больше и производительнее.
А как же предприниматели, скажете вы мне. Они-то ведь все стремятся к максимизации своей прибыли, и тратят на это все свои силы и время!
Но, на мой взгляд, в том-то и дело, что не все! Личного опыта работы предпринимателем у меня нет, но, судя по наблюдениям «со стороны», предпринимательство – это такая сфера жизни, где приходится «бежать со всех ног просто для того, чтобы остаться на месте». Основной мотив деятельности большинства предпринимателей – не богатство, не погоня за прибылью, а элементарное выживание.
Второй, помимо максимизации дохода, традиционно абсолютизируемый экономической наукой «мотив», «стимул» экономической деятельности людей – карьерный рост, или, грубо говоря стремление к лидерству, к власти.
Ну, и в самом деле, кто ж из нас не мечтал в детстве, слушая сказки, о том, чтобы самому стать Прекрасным Принцем, которому батюшка-царь подарит полцарства в управление, да ещё красавицу-принцессу в жёны в придачу.
Однако, одно дело – править сказочным королевством, где твоя власть безгранична и бесспорна, где ты всемогущий и в то же время всеми любимый диктатор. И совсем другое дело – обладать хоть какой-то реальной властью в реальном мире. Каждый, кому довелось руководить хоть небольшим коллективом людей, знает, какой это на самом деле тяжкий, неблагодарный и неприятный труд.
Так же, как среди предпринимателей можно найти лишь очень узкий круг тех, кто действительно «ловит кайф» от накопления и преумножения своих капиталов, так и среди людей, вкусивших настоящей власти, выделяется лишь достаточно узкая прослойка тех, кто не в силах «навластвоваться всласть», для кого стремление к вершинам власти, к расширению и укреплению своего могущества составляет высшую ценность в жизни.
Ну, и, наконец, третий фактор, используемый в рассуждениях экономистов, в том числе и марксистов, - это склонность людей к риску. Помните знаменитое марксово «Нет такого преступления…»? Или размышления Стиглица, не так давно опубликованные мною?
Откуда берётся у человека склонность к риску? Мне кажется, мы тут имеем дело с одним из проявлений исследовательского инстинкта, т.е. рискующими людьми движет не только и даже, пожалуй, не столько стремление к наживе, к пресловутым «300% прибыли», сколько обыкновенное любопытство, стремление узнать – «а что получится»?
Во всяком случае, я уверен, что именно это стремление двигало и Колумбом, когда он отправлялся открывать Америку, - и безвестным инженером, устроившим катастрофу на Чернобыльской АЭС. Любопытство – самая дорогая из всех слабостей, которые человечество позволяет себе. И я не сомневаюсь, что когда-нибудь действительно настанут такие времена, когда человечество именно из любопытства уничтожит целую планету, подобно тому, как это случилось у Стругацких в «Далёкой Радуге».
И при этом отметим, что именно любопытство создало нашу цивилизацию! Да, лень человеческая, несомненно, создаёт спрос на различные товары, «облегчающие» нашу жизнь; но лишь любопытство позволяет совершать те фундаментальные научные открытия, без которых ни одно прикладное изобретение не могло бы быть сделано и внедрено.
Риск, на который идут учёные в ходе фундаментальных исследований, вряд ли может быть оправдан экономически. Вряд ли хоть один учёный может добиться «окупаемости» своих открытий. Вряд ли его действия могут быть объяснены стремлением к наживе или «материальными и моральными стимулами».
Каждый, конечно, сможет назвать и ещё кучу факторов, заставляющих человека поступать вопреки соображениям «экономической целесообразности» - ну, например, «страсти роковые» - секс и т.п. – вспомните хотя бы «Человеческую комедию» Бальзака! Но, как мне представляется (бездоказательно, увы), воздействие этих «иных» факторов, за исключением «злата», «булата» и «любопытства», на ход социально-экономического развития общества уже не так велико.
Допускаю, что я просто оказался зачарован индийской кастовой системой – но ведь не на пустом же месте она возникла! Возможность определить человека как брахмана или кшатрия, вайшья или шудра - не пустой звук! Достаточно посмотреть, что движет человеком в жизни – стремление к богатству, или стремление к власти, или стремление к знаниям, или просто к спокойствию. Брахманы изобретают технологии, вайшьи заставляют шудров работать, и применять эти технологии, и на этом делают себе состояния, а кшатрии рубятся между собой за власть, сбирают дань со всех остальных и обеспечивают, в меру своего разумения, устойчивость функционирования системы. И при этом, как показывает история, «кастовая» принадлежность человека не слишком сильно коррелирует с его классовой принадлежностью. И кшатрий, и брахман может появиться и среди рабовладельцев, и среди рабов, и среди капиталистов, и среди пролетариев. Брахманами были раб Эзоп и крестьянин Ломоносов, кшатриями – раб Спартак и казак Пугачёв. И именно благодаря кшатриям – представителям «угнетённых» классов, лишённым возможности добиться власти «мирным путём», благодаря «социальным лифтам», внутривидовая борьба homo sapiens’ов друг с другом принимает форму классовой борьбы.

ЗЫ. Только что посмотрел в компании с acantharia и _radhruin китайский «Миф», и прозвучала там, как по заказу, фраза: «Каждым человеком движет стремление либо к богатству, либо к славе, либо к мудрости». У дураков мысли сходятся! :-))) Единственное, почему-то забыли китайцы, что большинство населения ни к чему не стремится, им лишь бы прожить по принципу «моя хата с краю, я ничего не знаю». Это лишь пассионарным меньшинством «богатство, слава и мудрость» движут.

Четыре претензии к марксизму. Претензия четвертая, эмоциональная.
bigstonedragon
----------------- 14 -------------------
Четыре претензии к марксизму.
Претензия четвертая, эмоциональная.


Для марксизма характерно злоупотребление эмоционально окрашенной терминологией.Справедливости ради, следует отметить, что оно характерно в целом для всех «общественных наук». Одно и то же событие можно назвать «восстанием», а можно – «бунтом». Можно «революцией» - а можно «путчем». И всё, можно больше не проводить никакого анализа, не представлять никаких доказательств – у читателя и так уже сложилось вполне определённое представлением о происшедшем.
Один из ключевых терминов марксизма – «эксплуатация человека человеком» - носит настолько яркий эмоционально окрашенный негативный характер, что отбивает всякое желание задумываться о том, что же такое «эксплуатация» и можно ли вообще обойтись без неё.
А и то, в самом деле, скажешь «эксплуатация» - и сразу в мыслях «Негодяй! Паразит! Эксплуататор!» А скажешь «налогообложение»- а и, вроде, ничего так, всё, в общем-то, в порядке, хоть и не слишком приятно: налоги же всё равно все платят!
Да-да-да, я знаю, когда происходит присвоение прибавочной стоимости, а когда – перераспределение, в том числе, и путём налогообложения. Но если я – «эксплуатируемый», то какая мне, в конце концов, разница? Вот представьте себе, скажем, суррогатную мать, только что родившую дитя; ей есть разница, когда этого ребёнка у неё заберут – сразу после родов, или сначала дадут подержать на руках, а после этого заберут? Первый вариант выглядит, пожалуй, даже в чём-то милосерднее!
Существует мнение (отраженное, в частности, даже и в учебнике политэкономии социализма), что при социализме прибавочный продукт никем не присваивается, а поступает непосредственно в «общественные фонды», откуда уже и распределяется/тратится «на благо каждого человека».
Ага. «Всё во имя человека, всё для блага человека, и чукча даже знает имя этого человека».
Ликвидация «эксплуатации человека человеком» отнюдь не привела и не могла привести к тому, чтобы работник сам распоряжался «прибавочным продуктом». Да, фонды, в которые поступает «прибавочный продукт», это фонды «общественные». Но кто ими распоряжается? «Общество»? Возможности повлиять на формирование и распределение «общественных фондов» у работника в СССР было не больше, чем в любой другой стране.
Основной механизм формирования и распределения «общественных фондов» - государственный бюджет. Каким образом каждый из нас участвует в решении вопроса о том, откуда взять и куда истратить бюджетные средства? Да, в общем-то, практически никак! Мы избираем неких депутатов, не нами выдвинутых и нам, как правило, не знакомых, депутаты утверждают некий документ под названием «закон о бюджете». Заметьте – не готовят, а лишь утверждают. А готовит кто?
Депутаты получают проект бюджета из правительства. Правительство подотчетно депутатам, и они утверждают (или даже иной раз и не утверждают кандидатуру премьер-министра.
Но ведь не премьер-министр и даже не министр финансов пишут бюджет! Так же, как и парламент, они лишь утверждают его.
А готовят бюджет, определяют, у кого взять и кому отдать общественные деньги, распоряжаются нашими общественными фондами не они, а безвестные чиновники, никем не избираемые, не сменяемые, не теряющие своих постов при любых революциях – будь то, скажем, революция 1991 года, или даже Октябрьская революция 1917 года. Ведь основу советского аппарата составили в своё время «старослужащие» - это хорошо показано, например, в замечательном фильме «Рождённая революцией» на примере Министерства внутренних дел.
Недаром большинство нынешних российских ведомств не так давно отметили свои многосотлетние юбилеи (мой родной Центральный банк, отметивший 150-летие, оказался ещё самым молодым в их ряду).
Отсюда и ощущение, широко распространившееся среди трудящихся, особенно позднего СССР, что «эксплуатация» никуда не делась, просто место «капиталистов» заняла «партийная номенклатура».
Можно вспомнить даже и попытки теоретического обоснования этого стихийно сложившегося мнения, например, в монументальном труде М.Восленского «Номенклатура».
Между тем, следует отметить, что, во-первых, с марксистской точки зрения «номенклатура», как и, скажем, «интеллигенция», классом никак считаться не может: её место в обществе никак не связано с производственными отношениями, с собственностью на средства производства.
А во-вторых, точно такое же засилье «номенклатуры» мы наблюдаем теперь и в «капиталистических» странах, в т.ч. не только в государственном, но и в «частном» секторе.
Ведь, в самом деле, давно уже прошли те времена, когда «капиталисты» определяли, сколько должны трудиться «рабочие» и сколько они должны за это получать – сейчас эти функции переданы наёмным «менеджерам» - таким же бюрократам, как и чиновники госсектора. Причем, насколько я понимаю, именно эти самые «менеджеры», не обладая собственностью на средства производства, тем не менее де-факто распоряжаются ими и получают доходы в миллионы, а то и сотни миллионов в год и образуют костяк того самого «1%», против которого выступают «оккупанты».
Так кто же выступает теперь в качестве «эксплуататора»? Кто с кем ведёт «классовую борьбу»?
Может, напрасно марксизм столь мало внимания уделил сфере перераспределения, сосредоточив своё внимание на сфере производства? Может, напрасно не получила достаточного развития идея об «азиатском способе производства», в рамках которого, насколько я помню, как раз таки и получалось, что все «средства производства» находятся в собственности «богдыхана», а в роли «эксплуататоров» выступает формально лишенное всякой «частной собственности» чиновничество? Не пришли ли мы в ходе социального развития ко всеобщему господству этого самого «азиатского способа производства»?