bigstonedragon (bigstonedragon) wrote,
bigstonedragon
bigstonedragon

Легионы огня 3-2-6

--------- Глава 6 ---------



В темнице глубоко под дворцом, превозмогая боль, пронизывавшую каждую клеточку его тела, Г’Кар смутно расслышал нечто, подозрительно напоминавшее веселье. Насколько он мог судить, там собралась огромнейшая радостно возбужденная толпа. Ему уже доводилось слышать нечто подобное, и потому он сразу предположил, что вновь проводится некая религиозная церемония. Им очень нравились их религиозные церемонии, этим странным центаврианам. Извращенный способ поднять дух народа, основным занятием которого, похоже, было стремление сокрушить дух всех остальных в галактике.
То и дело, услышав очередной всплеск эмоций снаружи, он задавал себе вопрос, не окажется ли он в конечном счете предметом одного из подобных мероприятий. Он уже видел внутренним взором, как его выволакивают на телеге или еще чем-то подобном, втаскивают в их Великий Храм, связанного с ног до головы, разбитого по пути побоями до состояния перезрелого фрукта. Оказавшись в храме, он без сомнения испытает на себе действие неких вновь изобретенных пыточных устройств, в надежде выжать из него вопль, подобно тому, как этого пытался добиться Картажа, прежде чем умер ужасной смертью. Как ни странно, Г’Кар чувствовал в данный момент уверенность, что его не волнует возможность подобной судьбы. Точно также, как не волнуют ставшие привычными ежедневные избиения и мучения. Однообразие происходящего уже утомило его тюремщиков; несмотря на все свои старания, они так и не смогли вытянуть из него ни малейшего звука.
Он не позволит себе порадовать их этим.
А ему зато есть за что благодарить судьбу: Джон Шеридан не совершил такую ужасную глупость, как послать кого-нибудь на Приму Центавра к нему на выручку. И не появился здесь сам. Г’Кар слишком хорошо знал Шеридана, знал, что к такого рода авантюрам он весьма расположен. Но очевидно, на сей раз обошлось. Наверняка, у Президента был позыв к чему-нибудь подобному, но холодное размышление все-таки перевесило эмоциональный импульс. Хвала Г’Квану за это. Сознание того, что Шеридан и Деленн находятся где-то далеко от этой свистопляски, приносило Г’Кару определенное отдохновение.

В своей камере глубоко под дворцом, Шеридан и Деленн смутно расслышали нечто, подозрительно напоминавшее веселье.
- Похоже, у них там, наверху, что-то вроде вечеринки, - прокомментировал Шеридан. Это были первые слова, которые он произнес за довольно долгое время.
- Думаешь, это имеет отношение к нам? – спросила Деленн. Ей случайно попалось на глаза какое-то существо вроде крысы, ползавшее в углу камеры, и теперь Деленн изо всех сил старалась игнорировать его присутствие.
Шеридан заметил, куда она смотрит. Без раздумий, он подошел к грызуну и раздавил его.
- Ты имеешь в виду, не собирается ли он вывести нас наружу, как свою вожделенную добычу, и публично унизить нас? Ты об этом подумала?
- Да.
- Что ж, мне кажется, именно так он и собирается поступить.
Шеридан выглядел изможденным, равно как и Деленн, и не без причин. Их тюремщики не слишком-то с ними церемонились, лишив их пищи и воды, в стремлении выведать информацию о военной мощи Альянса. Вплоть до этого момента никто из них еще ничего не сказал, и не собирался говорить и впредь.
Но Деленн, как ни старалась, не могла не тревожиться. Попытки центавриан выведать у них информацию, надо признать, до сих пор были весьма мягкими. Дальше, наверняка, станет намного хуже, поделилась она своими соображениями с Шериданом.
- Я так понимаю, - ответил он, - что после применения их более «эффективных» методов мы будем не слишком хорошо выглядеть. Может, нас и вообще будет уже не узнать. Возможно, они хотят оставить себе возможность продемонстрировать, что сохранили по крайней мере видимость… ну, даже не знаю… милосердия, что ли. Хотя если они заставят бездумную оболочку Президента Шеридана повторять слова, которые они вложат в его уста, вряд ли это покажется убедительным большому количеству людей.
Деленн решила, что все это звучит достаточно разумно, но тем не менее ощущение надвигающихся худших бед не покидало ее. И когда она услышала шум толпы на улице, начала спрашивать себя, уж не означает ли это, что пришли эти самые худшие беды.
Деленн что-то тихо пробормотала, и Шеридан взглянул на нее.
- Что? Что ты говоришь?
- Ничего.
- Деленн, - Шеридан вздохнул. – Люди не бормочут что-то себе под нос, если они не хотят, чтобы кто-нибудь это услышал. Они поступают так как раз потому, что хотят быть услышанными.
- Тебе не следовало прилетать сюда, - сказала она, наконец.
- Что?
- Когда этот монстр… Лионэ… связался с нами, и сказал, что в их руках находится Дэвид… И что мы должны немедленно прилететь сюда, не поставив никого об этом в известность, иначе они убьют Дэвида… Мне нужно было лететь одной.
- Не смеши меня, - сказал он.
Но Деленн была непреклонна.
- Это не смешно, Джон, - заявила она. – Мне нужно было прилететь сюда одной и попытаться убедить его в безумии подобных действий. Попытаться вразумить их. Но тебе следовало остаться там.
- Послать мою жену выполнить то, чего сам я боюсь? - Шеридан свирепо помотал головой. – Извини, Деленн. Можешь назвать меня старомодным, но я такого допустить не могу.
- Почему? – требовательно спросила Деленн, ее гнев нарастал. – Потому что ты человек? Мужчина-землянин? Как это типично для вас! Вы без оглядки бросаетесь в самое сердце опасности, в то время как мало-мальски разумное рассуждение подскажет вам, что следовало бы держаться подальше от нее. Джон, это глупость! Ты – Президент Альянса, и ты сам отдал себя во власть врагам! Ты нужен Альянсу!
- Деленн, если кому и нужно было остаться, так это тебе! Ты могла бы принести Альянсу гораздо больше пользы, чем я. Я ведь пытался уговорить тебя остаться…
- Во имя Валена, я мать Дэвида!
- Ха! – триумфально воскликнул Шеридан. – И скажи мне теперь, кто же из нас типичный землянин! И у тебя даже нет таких хороших оправданий, как у меня! Мы ведь оба знаем, что если беспокоиться о судьбе Альянса, то с позиций логики именно тебе следовало бы остаться.
- Как ты можешь так говорить?
- Потому что у тебя впереди могло бы быть гораздо больше времени! Мне ведь все равно осталось жить считанные годы!
Итак, роковые слова прозвучали.
Деленн внезапно ощутила холод подземелья гораздо явственнее, чем раньше. Она отвернулась от Шеридана. Возразить ему было нечего, он сказал правду. Он лишь озвучил ужасную правду, которая терзала ее, и почему-то от этого стало гораздо хуже.
- Извини, Деленн. Я виноват, - мягко сказал Шеридан.
Она развернулась и ударила его по груди. Это не было больно, но испугало его. Ярость взорвалась в Деленн.
- Ты виноват? Ты виноват! Ты что, ничего не понимаешь, Джон? Я ведь и без тебя знаю, что должна была остаться на Минбаре! Что надо было позволить тебе все сделать самому! Но отказавшись прилететь сюда, я бы рисковала обречь своего сына на смерть, и я не могу поступить так, потому что в нем будет жить частичка тебя! И я не могу покинуть тебя, потому что нам остались считанные годы, и потому ценность каждого дня – каждой секунды, проведенной вместе – становится бесконечной. Не то важно, выживем мы или умрем, для меня важно лишь то, что мы проведем это время вместе! Неужели это и в самом деле настолько безнадежно глупо и недальновидно?
Шеридан обнял ее.
- От начала и до конца, - сказал он. – Разве ты не видишь, как я ненавижу тебя за это? – Он откинул ее подбородок, взявшись за него пальцем, так, что губы Деленн оказались прямо рядом с его губами, и крепко поцеловал ее. Деленн ответила на этот поцелуй так, будто он был последним в ее жизни.
А затем загрохотала дверь. Появились несколько гвардейцев, и они направились прямиком к Шеридану.
- Нет! - закричала Деленн.
Гвардейцы подхватили Шеридана под руки, лишив его всякой надежды на возможность вырваться. Они назвали его имя, и он отозвался, успев еще крикнуть, когда его выволакивали из комнаты:
- Нет, Деленн! Не дай им увидеть нашу слабость!
Дверь осталась открытой. Буквально на одно мгновение Деленн подумала, уж не могли ли они просто прозевать тот факт, что она осталась в камере. Или просто в своей самоуверенности даже и не подумали, будто она может воспользоваться открытой дверью, чтобы вырваться из темницы.
Но сколь быстро родились у нее эти надежды, столь же быстро они и погасли, когда она услышала приближающиеся к двери шаги. А затем Деленн в страхе отступила на шаг назад, когда в дверях возникла фигура в ослепительно белом одеянии. Из-за этого вошедший выглядел почти что посланцем небес.
- Привет, Деленн, - сказал он. Затем повернулся к гвардейцам, возникшим в дверях, и жестом велел им выйти и закрыть дверь камеры.
- Ваше Величество, вы уверены? – спросил один из гвардейцев.
- Нет. Но одно из преимуществ, которые присущи посту императора, заключается в том, что люди должны подчиняться твоим приказам, даже если никакой уверенности в их разумности нет. Так что исполняйте.
Дверь закрылась, и Лондо повернулся к Деленн.
- Я решил, что мы сможем поговорить более свободно, если останемся наедине. Так что, - он развел руками, - давай поговорим.



* * *



Г’Кар услышал шум в дверях и поднялся. Он был уверен, что настало время этого. И настраивался на то, чтобы попытаться бежать, хотя и прекрасно понимал всю безнадежность такой попытки. Когда бы ни входили они в его камеру, они делали это с максимальной предосторожностью, с парализаторами и другими подобными устройствами, способными обезвредить сразу дюжину Нарнов. Но сегодня ему придется показать свою силу в неравном поединке, потому что в глубине сердца он знал – иной возможности больше уже не представится.
Но затем дверь всего лишь слегка приоткрылась, и вместо того, чтобы утаскивать Г’Кара куда-нибудь, к нему в камеру впихнули еще кого-то. Вновь прибывший запнулся обо что-то и упал, дверь за ним с шумом захлопнулась.
Г’Кар покосился на него одним глазом. В камеру сквозь окошко в двери проникал лишь очень слабый луч света. Снаружи слышался все более громкий шум разгоряченной толпы, то и дело взрывавшейся оглушительными криками, похоже, лишь с тем, чтобы минуту спустя взреветь еще громче. А затем его новый сокамерник поднялся, на мгновение замешкавшись, чтобы приосаниться и выяснить, кто еще находится с ним в этой тьме.
- Привет? Кто здесь?
Г’Кар услышал голос, который невозможно было не узнать и, к своему собственному удивлению, тихо рассмеялся.
Шеридан сделал шаг в полутьме и всмотрелся во мрак.
- Г’Кар? Это… ты?
Нарн задумался над тем, какие же слова могут оказаться наиболее подходящими в сложившихся обстоятельствах.
- Пожалуйста, скажи мне, что ты не забыл захватить с собой колоду карт, - сказал он наконец.

Лондо долгое время стоял молча, рассматривая ее.
- Ни радости, ни дружеских объятий? – спросил он наконец.
- Ты пришел сюда, чтобы позлорадствовать, Лондо? – ледяным тоном спросила Деленн. – Или, может быть, ты ждешь, что я начну благодарить тебя, по прошествии шестнадцати лет, за тот прелестный подарок, который ты сделал Дэвиду?
- В этом нет необходимости.
К удивлению Деленн, ей показалось, что Лондо не в состоянии смотреть ей прямо в глаза.
- Тебе удалось доставить себе удовольствие, вручив нам этот «подарок»? – спросила она. Деленн прекрасно понимала, что ведет себя неправильно. Все, что угодно, начиная от мольбы и кончая лестью, принесло бы больше пользы, но ярость оказалась настолько велика, что она не смогла сдержаться. – Приговорить еще не родившегося ребенка к такой чудовищной судьбе… ты постоянно развлекаешься такими шутками, или особо приберег такой подарок для нас?
- Вы были моими друзьями, - сказал Лондо.
- Боги, смилуйтесь тогда над твоими врагами.
- Похоже, боги исполнили твою просьбу, не дожидаясь, пока ты выскажешь ее вслух, - задумчиво прокомментировал Лондо. – Мои враги, похоже, преуспевают во всем куда больше моих друзей. Все, кого я когда-либо любил, или пробовал полюбить, плохо кончали, в то время, как мои противники благоденствуют. Так что боги, возможно, предугадывают твои желания, Деленн.
- Если бы это было так, то Дэвид сейчас был бы на свободе, и мы улетели бы отсюда, а вы все понесли бы заслуженную кару за свои деяния.
- Вполне возможно… что нам удастся все это организовать. По крайней мере в том, что касается первых двух пунктов. Что же касается третьего, - и Лондо со вздохом закатил глаза, - боюсь, что нам придется оставить это на усмотрение кое-кого другого.
На одно мгновение, буквально на одно благословенное мгновение, Деленн почувствовала, что в ней зашевелилась надежда.
- Ты хочешь сказать… Что Дэвида, Джона и меня освободят?
- Дэвида… да. Мне кажется, я смогу это устроить. Но ты и твой муж… - он скорбно покачал головой. – Ты хочешь уйти отсюда. Что ж… умереть, в определенном смысле, тоже значит уйти. По крайней мере, смерть прекратит ваши мучения. Это самое большее, что я могу обещать.
- Ты император, - ответила Деленн. – Я думала, что император Примы Центавра всемогущ.
- Когда-то и я так думал. Как странно, что реальность все время оказывается отнюдь не такой, как наши надежды.
- Но ты сказал, что Дэвид может быть освобожден. Как? Что ты хочешь получить взамен?
- Информацию.
Деленн фыркнула. Это было нечто совершенно не в ее стиле.
- Это я и так уже знаю. Что ж, в таком случае ты добьешься не большего успеха, чем…
Лондо замахал руками, пытаясь заставить ее замолчать.
- Ты говоришь о той информации, с которой вы оба и умрете, как я полагаю. То, что мне требуется, я думаю, ни в коей мере не повлияет на безопасность Межзвездного Альянса. Я подозреваю, что информация, которую я желаю узнать, уже настолько устарела, что стала бесполезна для всех, кроме меня.
- Устарела? – Деленн с недоумением взглянула на Лондо.
- Я интересуюсь тем… что было в самом начале, - сказал он. – В самом начале всего… этого, - и он жестом обвел все вокруг себя, обозначая, что имеет в виду все сущее. – Ведь все началось с войны Земли с Минбаром. Все началось с вашего народа. Со встречи вас и Землян. Я знаю нашу сторону… Я знаю сторону землян… Я бы хотел выслушать третью сторону(i) - вашу.
- Но зачем?
- Затем, Деленн, - сказал Лондо тоном человека, сбросившего с себя тяжкий груз, - что когда перестаешь видеть для себя хоть какое-нибудь будущее, то начинаешь все больше и больше интересоваться прошлым. И я… просто желаю узнать, как все это случилось на самом деле. Заполнить пробелы в моих познаниях. Моя память о недавних событиях смутна и ненадежна. Я время от времени делаю записи в дневнике, и только благодаря этому сохраняю ощущение реальности, потому что просматривая записи, сделанные всего несколько дней назад, я замечаю, что совершенно ничего уже не помню о событиях, которые постарался изложить там. Но что касается далекого прошлого, ах… - Лондо поднял вверх указательный палец. – Память об этом остается со мной, чистая и ясная. Но она неполна. Я желаю знать все. И ты можешь мне в этом помочь.
- И если я помогу тебе… тогда Дэвид будет свободен.
- Я присмотрю, чтобы так и случилось. Дэвид нужен был лишь затем, чтобы вы оказались здесь.
- Но эта… тварь у него на шее. Ее снимут с него?
Лондо колебался.
- Подозреваю, - сказал он, наконец, - что если я попытаюсь соврать сейчас, ты все равно сразу почувствуешь. А потому буду честен: я не могу гарантировать этого, никак не могу. Я попытаюсь. Я все объясню, я буду умолять. Скажу, что он уже и без того немало пострадал. И тем не менее, все, что я и в самом деле могу обещать, так это то, что Дэвид будет на свободе... И в безопасности. Это самое лучшее, что я могу предложить тебе, Деленн.
Деленн хотела спросить, кого он собирается умолять, но поняла, что ответа, скорее всего, все равно не получит. Ее разум бешено работал, пытаясь взвесить все возможные варианты… и обнаружил, что, по правде говоря, их на удивление мало.
- Что тебе хотелось бы узнать? – спросила она, наконец.
- Все.
И она рассказала ему все. Это заняло несколько минут, и, похоже, ей пришлось постепенно повышать свой голос, поскольку доносившиеся снаружи восторженные вопли и крики становились все громче. Лондо внимательно слушая рассказ Деленн, кивал, иногда задавал вопросы. Наконец, она закончила, и оба они замолчали. Тишину в камере нарушали лишь восторженные вопли толпы.
- Так значит… ответственность на тебе, - прошептал Лондо. Похоже, мысль об этом потрясла его. – На тебе лежит ответственность за начало войны Земли с Минбаром.
- Не на мне одной. Но в целом… да. Если бы я рассудила по-другому… Если бы я могла быть хоть чуть более рассудительной в тот момент… Этого бы не случилось. Но с другой стороны, - и она пожала плечами, - как знать… Возможно, если бы я проголосовала по-другому, то другие члены Серого Совета изменили бы свое мнение. Или каста военных объявила бы священную войну, не одобренную Советом, ради отмщения. Так что возможно, война между нами и землянами все равно бы началась. Вот только... в реальности… да. Пятно осталось на моей душе. И я провела большую часть жизни в попытках смыть его. Но даже сейчас не знаю, удалось ли мне это.
- Ты сделала лишь то, что считала правильным для своего народа… а в результате из-за этого погибли миллионы.
- Да.
К удивлению Деленн, Лондо тихо рассмеялся.
- Вполне возможно, Деленн… что на самом деле между нами гораздо больше общего, чем кто-либо из нас мог предположить… или готов признать.
И внезапно наверху раздался взрыв такой силы, что оба они оказались оглушены.
Деленн посмотрела вверх, туда, откуда донесся звук взрыва, и откуда теперь доносились вопли, которыми всегда сопровождаются подобные катастрофы.
- Во имя Валена, - прошептала она. – Что происходит?
Демонстрируя удивительное хладнокровие, словно ничто больше не в силах было удивить его, Лондо констатировал:
- Смею предположить, что на нас напали. Возможно, сегодняшний день окажется удачным для вас, Деленн, - мрачно добавил он. – Наказание, которого ты желала, возможно, уже обрушилось на нас. Так что, похоже, все три твоих желания сбудутся скорее, чем ты рассчитывала.


---------------------
ПРИМЕЧАНИЯ
(i) Шеридан: «…Ворлонцы говорят, что понимание - это трехгранный клинок: ваша сторона, наша сторона - и истина.» --- Четвертый сезон сериала, Эпизод 6 «В самое пекло». И ранее – Первый сезон сериала, эпизод 9 «Несущая смерть»: Кош: «Понимание - это трехгранный клинок.»

---------------------

Продолжение - http://bigstonedragon.livejournal.com/133752.html
Tags: Легионы огня
Subscribe
promo bigstonedragon january 5, 2014 03:46 36
Buy for 20 tokens
Ещё в сентябре yasnaya_luna «осалила» меня таким флэшмобом: рассказать 11 фактов о себе, ответить на 11 вопросов и задать другие 11 вопросов такому же количеству друзей. Труднее всего мне лично оказалось написать 11 фактов о себе. К тому же результат получился каким-то уж чересчур…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment